Великий и могучий

“Стараюсь меньше ругаться матом,
поэтому люди считают меня молчуном”.


Одно время я занимался литературным переводом. Дело это хлопотное, и в то же время, весьма познавательное. Переводил я, в основном, казахскую классику. В процессе работы часто сталкивался с текстами, которые давались с большим трудом. А порой и вовсе не давались. Даже если держаться правила, что переводить надо не слова, а смыслы. Все дело в том, что казахский образ жизни, образ мышления, мироощущение, казахское миропонимание и вообще казахский речестрой – это космос. Бескрайний, безразмерный.
Впрочем, каждый народ имеет свои особенности, свой образный и визуальный ряд. Можно, конечно, найти адекватные сравнения, выражения, определения, однако я, – да простят меня коллеги-переводчики, – считаю, что Абая, например, перевести невозможно. Сколько бы я ни читал качественных, а порой и блистательных текстов в исполнении больших мастеров… Все равно, чего-то не достает.
То же самое и с обратным переводом. Я имею в виду уже русский образный ряд и форму мышления. Это тоже – отдельная история. Начать хотя бы с простого. Допустим, как перевести на казахский (или любой другой язык) простое выражение: “Ноги в руки и бегом”? Это как вообще?
То же самое и с другой фразой: «Руки не доходят посмотреть». Это как понимать? При чем тут, казалось бы, руки?
А предложения: “Чайник долго остывает” и “Чайник долго не остывает”. Какой вариант – правильный? Или они оба правильные? Как это объяснить? Тут ясно одно: вода перестала быть кипятком, но она все еще горячая.
Далее.
Как будет правильно: “Борщ пересолить или с солью переборщить”?
Или такой диалог:
— Не хотите чаю?
— Да.
Что – “да”? Да – нет или да – да? Что это за конструкция?
А легендарная фраза – “Да, нет, наверное”. Попробуйте расшифровать или перевести. Как это будет выглядеть, скажем, на английском? «Yes, no, maybe”? Ну белиберда же полная?
А нужно еще учитывать, что язык, в данном случае русский, имеет множество оттенков, нюансов и подтекстов. Есть «мильон» вещей, которые нельзя воспринимать буквально. Там уже другое. Там игра слов и понятий. Оригинальный иносказательный ряд. Своеобразные словосочетания и конструкции. Порой слова могут быть одни, а значения совсем другие. И тут уже прямым переводом не обойдешься. Понадобятся адекватные аналогии и сравнения. И таких примеров я могу привести вагон и… еще два вагона.
И, наконец, вольные рассуждения про обсценную лексику. Понимаю, этот вопрос заслуживает долгих обсуждений. Но такой возможности нет и я лишь могу констатировать, что зачастую перевода просто не существует. Тут русский язык, пожалуй, впереди планеты всей. Помнится, сам академик Дмитрий Сергеевич Лихачев, светило советской науки, выдающийся ученый-филолог долгое время занимался изучением русского мата. Он рассматривал нецензурную брань как социальное и культурное явление.
Писатель-сатирик Задорнов тоже уделял большое внимание ругательствам и вульгаризмам. Он считал, что русский язык – это язык чувств. Язык эмоций. А чувства и эмоции, как известно, ярче всего передаются матом.
Мой Мастер по кинодраматургии, незабвенный ВалерСеменыч Фрид, проведя двенадцать лет в сталинских лагерях, вернулся оттуда с большим багажом знаний. Он тоже много чему меня научил…
Что касается наших берегов, то казахской ненормативной речью серьезно занимался писатель, ученый-энциклопедист Акселеу Сейдимбеков. Он даже выпустил книгу “Қазақтың бейпіл сөздері”. Нынче это – библиографическая редкость. Когда-то мы делили с ним один кабинет в Союзе писателей и довольно часто вели беседы на эту нескучную и волнующую тему. И конечно, рассуждали о том – как передать через перевод языковое многообразие двух братских народов. И здесь, чтобы «не растекаться мыслию по древу», я бы хотел начать с элементарного.
Сегодня мат слышится отовсюду. Он перестал уже быть чем-то вроде табу. Он прочно обосновался не только на улице, но и на сцене, на киноэкране, в телевизоре. Он уже свободно гуляет по школьным коридорам и студенческим аудиториям. Его можно услышать в детских садах. Ни один стендапер (-ша) не обходится нынче без крепких выражений на публике. Выражаются все: взрослые, дети, женщины, юные девы… При этом матерный глоссарий растет день ото дня, пополняясь новыми выражениями и я, как человек слушающий и пишущий, не могу не замечать этого. Бороться с этим явлением, как я понял, бессмысленно, а вот попытаться разобраться не возбраняется. Тем более, раз уж мы живем теперь в таком мире, где мат стал его аудио-визуальным отображением.
Итак.
Вы не задумывались, почему в русском языке так много ругательств связано с мужским половым членом? По сути этим органом описываются почти все явления жизни, ситуации, положения и настроения. Иногда совершенно противоположные по содержанию: от самого плохого до самого восторженного. К примеру, настроение может быть как “х…евое”, так и “ох…енное”. В первом случае оно “плохое”, во втором – “хорошее”.
Кроме того человека можно, например, похвалить, сказав: “Ты ох…енный”. Причем это – прилагательное. А вот “ох…евший” – уже причастие, означающее: “скверный”, “дрянной”, “зажравшийся”, “живущий за пределами общепринятых норм”.
Им же, то есть членом, можно объяснить отношение к чему-либо или к кому-либо. От хорошего до плохого. Включая нейтральное. “Мне пох…”, допустим. Что означает: “Мне все равно”.
Им же можно выразить крайнюю степень удивления или возмущения – “я х…ею”, “я ох…еваю”. В то время как слово “ох…еть” может означать совсем другое: “обнаглеть”, “охаметь”, “потерять связь с миром”, “возомнить себя невесть кем”…
Им же можно указать направление движения. С последующим сердечным пожеланием и напутствием. Однако объяснить иностранцу, что “х…во” и “ох…енно” – антонимы – будет сложно.
Попутно хочется отметить, что слово, означающее мужское достоинство, стало настолько универсальным, что им уже пользуются, как угодно. Я имею в виду, что оно может быть как существительным, так и глаголом. Допустим: “нах…яириться”, “отх…ярить”, “зах…ярить”. Это все – глаголы. И заметьте, корень везде один, а значения, опять-таки, разные. А вот “х…ня” – это уже существительное. И значений у него тоже предостаточно: “ерунда”, “пустяк”, “безделушка”, “ничто”. Однако и тут все зависит от контекста. Например, вопрос: “Что за х…ня?” может нести в себе угрозу, возмущение и недовольство.
Помимо глагола и существительного, член может превратиться в наречие. “Мне х…во”, к примеру. В значении “мне плохо”, “не здоровится”, “неважно обстоят дела”. Есть варианты: “х…вато”, “х…венько”, “х…ватенько”. А вот “ох…ительно” имеет противоположное значение. Здесь уже говорится о чем-то в положительном ключе. Не в значении “положить”, а в значении “хорошо”. И, если здесь не присутствует сарказм.
    Многообразие использования в речи мужского полового органа поистине безгранично. Я не знаю другого такого слова в русском языке, которое было бы столь популярно, столь многозначно и столь консистентно. Без него сегодня трудно представить высокохудожественно и эмоционально окрашенную речь. В то же время помимо экспрессивных и выразительных оборотов, это могут быть неспешные глубокие философские раздумья о себе, о жизни, о ее многообразии и о мироздании как таковом. Он – этот орган – вернее, его определение, может служить даже связкой в предложении. Например: “Одень на…уй шапку, а то уши простудишь”. Эту душевную сентенцию опять же не следует воспринимать буквально, потому что речь идет тут не об ушах. Просто человек выражает беспокойство. Так может сказать заботливый отец своему сыну. И такое же, примерно, иносказательное значение несет использование данного слова в предложении: “Воды в речке по колено, а рыбы до …уя”. Здесь речь идет уже об изобилии рыбы, а не о том, что ее наличие настолько велико, что может достать до колен.
Так же не нужно воспринимать в прямом смысле короткое утверждение: «…й с тобой». Это вовсе не означает, что человек признает вас с вашим членом, как единое целое. И это – не вопрос. Скорее всего тут говорится о принятии человека таковым, какой он есть на самом деле. Со всеми его плюсами и минусами.
То же самое можно сказать и о какой-либо ситуации. Когда кто-то пришел к выводу и как бы говорит примирительно: “Ладно и без тебя обойдемся”, “Поступай как знаешь» и т.д.
Невольно возникает вопрос: можно ли обратиться с такой же фразой к женщине?
В определенном контексте, пожалуй, да. Но, тут опять же присутствует множество “но”. Какая это женщина, чья это женщина, в каком она возрасте, статусе… К маме, бабушке, жене так не обратишься, а вот к министру-женщине, пожалуй, можно. Или женщине-акиму, заведующей отделом культуры, руководителю аппарата, сержанту полиции и др.
С юных лет не дает мне покоя загадочное выражение “х… моржовый”. Мне всегда хотелось спросить: почему – моржовый? При чем тут морж вообще? У него что, какой-то особенный х…? Почему именно моржовый, а не тюлений, например? Или пингвиний. Я уж не говорю про китовый.
И если уж мы стали говорить про животных, то меня приводит в восторг обстоятельное и красочное описание того или иного субъекта буквально парой слов. Допустим на ваш вопрос: «Кто пришел?», вам могут ответить: “Конь в пальто”. Естественно, может возникнуть вопрос – почему конь? Почему не бык? Или не лось? И даже, если это конь, почему он в пальто? Вы видели когда-нибудь коня в пальто? Хотя, зачем я спрашиваю? Наверняка многие видели.
Бытует еще вариант ответа на тот же вопрос: «Х… с горы». Но тут снова загадка: “Кто это такой? Что он делал в горах? Он альпинист? Скалолаз? Экстремал?” Я лично больше склоняюсь к тому, что он все-таки экстремал. Но главное: общее впечатление о визитере уже сформировано.
Где-то я услышал и записал в блокнотик фразу: «Я сегодня нажрусь на х… и лягу спать в п…зду». Очень эксцентричное заявление. Однако тут легко запутаться, если представить все буквально. То, что человек планирует что-то как следует отметить, это еще понятно. Но вот место, куда он потом собирается пойти спать, вызывает, как минимум, недоумение. Я бы даже сказал – беспокойство.
Одним словом, с этим х…м всю жизнь можно разбираться. По нему можно несколько диссертаций защитить. Но, чтобы не затягивать свои рассуждения, и чтобы феминистки не обвинили меня в одностороннем рассмотрении темы, я должен сказать, что в русском языке понятий и состояний, связанных с женским половым органом, не меньше. И эмоций там на порядок больше, и состояний.
Допустим, вам говорят, что какое-то дело «накрылось женским половым органом”. Это означает, что миссия провалена. Все пропало, ничего не вышло.
Есть еще выражение: “Все пошло по п… де”. Это примерно то же самое. Процесс как бы начался, но затем что-то пошло не так и в итоге все рухнуло.
 Этим же органом можно описать не только ситуацию, но и натуру человека. Его характер. Душевную щедрость. Предпочтения, приоритеты. В некоторых клинических случаях даже смысл жизни.
Помимо ситуации, можно охарактеризовать и конкретного человека. Вот говорят – опиши ее, как она выглядит? И тебе отвечают – она “как п…да с ушами”. Это где-то перекликается с “х…м с горы”, правда, в более живописном ключе.
Сложнее со словом: “п…дец”. Корень сохранен, но это уже – наречие. А вот “п… дюк” – существительное. Нередко используется в уменьшительно-ласкательной форме – “п… деныш”. (Примерно то же самое, что и “х… ныш”). Также легко это слово превращается в глагол. И что любопытно – “п…деть”, “с…деть” – означает “солгать”, “соврать”, “говорить неправду”. А вот “сп…дить” с ударением на втором слоге, уже совсем другое: “своровать”, “украсть”, “умыкнуть”. И заметьте: поменялась всего лишь одна буковка, но как кардинально изменился смысл! И тут еще стоит добавить, что оба этих глагола чаще всего циркулируют в чиновничьих кругах.
Случается так, что оба органа могут присутствовать в одной речи. Но тут нужно различать. Допустим, не каждый иностранец может запомнить, что “х…во” – это “плохо”, а “п…дато” –“хорошо”, и что “п…дец” это хуже, чем “х…во”, но зато “ох…енно” лучше, чем “п…дато”. И, опять же, как видим, масса значений, окрасок и нюансов.
На этой оптимистичной ноте я хотел бы закончить, потому что тема, повторюсь, необъятная и одной лишь статьей тут не обойтись. Я лишь коснулся верхушки айсберга, и то потому, что сегодняшнее мое настроение перекликается с оборотами из обсценной лексики. И у меня вызывает озабоченность, что казахский язык вполне уже готов составить конкуренцию русскому в выражении чувств и эмоций. Раньше такого не было.
Иногда деликатные люди меня спрашивают: можно ли обойтись без всего этого словаря?
При определенном раскладе, наверное, можно, но, будьте уверены, если вы уберете из нашей речи мат, то не сварится ни один “беш”, не построится ни один дом и не сделается ни один ремонт. Без этих слов ни один водитель не выедет из дома, ни один прокурор не попрощается со следователем, ни один президент не поговорит по душам с премьером и ни один футболист не ударит по мячу. Кроме того остановятся шахты, опустеют строительные площадки, полностью парализуется работа правительства. По сути, вся страна станет.
И если уж совсем честно и без ханжества, то обсценная лексика, на мой взгляд, потихоньку вытесняет сегодня обычную, приличную речь и становится основной. Особенно, если говорить о ситуации в стране и попытаться ее как-то охарактеризовать. Я уверен, людям нынче действительно есть что сказать по этому поводу. Вот они и говорят. И чем дальше, тем богаче становится речь наших граждан. И что характерно: словарный запас растет с каждой новой государственной реформой и с каждым новым законом, одобренным парламентом. Видимо, мат каким-то загадочным образом связан с условиями той реальности, в которой люди живут. Значит, правы филологи: язык человеческий меняется вместе с жизнью. Вот на таком вот “ох… ном” выводе я, пожалуй, и за… юсь”.